Декарбонизация как путь для сдерживания изменения климата
Фото: RECHARGE
TEPLOKARTA 29.02.2020 1 307

Декарбонизация требует ряда технологических революций в каждом из основных секторов выбросов. Специалисты насчитывают 10 наиболее важных секторов, включая производство электроэнергии, автомобилестроение, сооружение и эксплуатация зданий, судоходство, сельское хозяйство, авиацию и металлургию

Глобальные выбросы выросли на две трети за три десятилетия, прошедшие с момента начала международных переговоров по климату. Чтобы добиться их сокращения, необходим новый подход, который создаст стимулы для ведущих стран и отраслей в области инициирования революционных технологий трансформирования.

В 1969 году, в разгар гонки вооружений между США и СССР, эксперт по международным отношениям Мак-Джордж Банди написал в Foreign Affairs («Международные дела») заметную статью о том, как «перекрыть вулкан» вооружений. Он объяснил, что успех в контроле над вооружениями требует точечного сосредоточения на стратегических интересах обеих сторон, чтобы изменить ситуацию и начать придерживаться достигнутых соглашений. Однако, осознание опасности гонки вооружений само по себе было недостаточным.

Сегодня такой же тип точечной фокусировки необходим для сдерживания изменения климата. Конечно, эта проблема намного сложнее, чем контроль над стратегическими вооружениями - существует гораздо больше стран, несущих ответственность, а не только две соревнующиеся супердержавы. Сокращение выбросов почти до нуля - это непростая задача, которую правительства могут решить напрямую. Но, главным остается то, что успех требует меньше морализаторства и больше стратегического подхода.

Морализация привела к появлению смелых идей, таким как ограничение потепления на 1,5 градуса по Цельсию относительно значений доиндустриальной эпохи - это серьезная цель, записанная в Парижском соглашении об изменении климата. Но проблема заключается в том, что такие цели носят коллективный характер и поэтому не имеют стратегического значения для отдельных стран и компаний. Морализация должна была провоцировать стыд, волнения, массовый протест - все это может привлеч внимание к проблеме изменения климата, так же как публичные выступления помогли сосредоточить внимание на необходимости контроля над ядерным оружием.

Но внимание к изменению климата уже довольно высоко и продолжает расти. Реальная проблема заключается в том, чтобы предпринять действия, которые обеспечат существенное сокращение выбросов парниковых газов, и это означает, что необходимы иные стимулы для ключевых правительств и корпораций к изменению поведения в целях декарбонизации мировой экономики.

Отсутствие существенных стимулов для глубокой декарбонизации объясняет то, почему глобальные выбросы увеличились почти на две трети с 1990 года, когда Генеральная Ассамблея ООН официально начала переговоры, которые привели к Рамочной конвенции об изменении климата.

В настоящее время выбросы растут примерно на 1-2 процента в год, хотя новое исследование ООН показывает, что они должны падать почти на 8 процентов в год, чтобы соответствовать целям сдерживания потепления до 1,5 градусов Цельсия.

Ни одна крупная экономика никогда не сокращала выбросы парниковых газов на таком уровне. Делать такие сокращения в глобальном масштабе нецелесообразно. В итоге, планета пройдет через цель 1,5 °С, а также через 2 °С. Вполне вероятно, что она выйдет на путь к 3 °С или более - уровни потепления, которые, по мнению ученых, будут иметь разрушительные последствия. Тем не менее, даже несмотря на то, что самые амбициозные глобальные цели уходят в прошлое, существующая необходимость в реалистичном плане постепенного ухода мировой экономики от выбросов углерода никогда не была более актуальной, чем сейчас.

Для Банди стратегическое мышление привело к появлению дипломатии, приведшей к соглашениям о контроле над вооружениями с четкими обязательствами, которые уже мотивированные сверхдержавы могли бы осуществить на практике.

Что касается изменения климата, то пока стратегическое мышление движется в противоположном направлении. Изменение климата является глобальной проблемой, но для достижения глобального прогресса необходимо, чтобы прогрессивные страны и компании становились лидерами, а не последователями, демонстрируя практические, масштабируемые способы достижения глубокой декарбонизации. Только тогда могут появиться дипломатия и глобальные соглашения, кодифицируя и направляя прогресс.

Хотя Парижское соглашение является обнадеживающей основой, представляется маловероятным, что сегодняшняя дипломатия станет движущей силой стратегического мышления в отношении изменения климата. В этом участвует около 200 стран, каждая из которых имеет свои интересы. Соглашения требуют консенсуса, что создает сильный стимул для несогласных.

Последний раз тупик, который был продемонстрирован на переговорах ООН по климату в Мадриде, где, по сути, ничего не было согласовано, является лишь свидетельством того, что глобальная дипломатия и глобальные соглашения будут действовать медленно и слишком осторожно, чтобы противостоять климатическому кризису.

Для достижения более быстрого прогресса необходимо изменить подход на местах - новые методы промышленного производства и сельского хозяйства с радикально меньшими выбросами - так, чтобы ключевые страны захотели сделать больше, а влиятельные группы и компании могли бы мобилизоваться вокруг системной декарбонизации.

Исследователи предлагают новый взгляд на ускорение глубокой декарбонизации. Основной аргумент заключается в том, что необходим новый подход к промышленной политике, организованной по секторам, с координацией на международном уровне для создания постепенно расширяющихся рынков.

Декарбонизация требует ряда технологических революций в каждом из основных секторов выбросов. Специалисты насчитывают 10 наиболее важных секторов, включая производство электроэнергии, автомобилестроение, сооружение и эксплуатация зданий, судоходство, сельское хозяйство, авиацию и металлургию. На эти 10 секторов приходится около 80 процентов мировых выбросов.

Создание технологических революций потребует различных действий в разных секторах. В сельском хозяйстве одним из наиболее многообещающих вариантов будет переориентация сельскохозяйственных культур, чтобы они вытягивали еще больше углекислого газа из атмосферы и хранили этот углерод под землей - то, чего не происходит, когда поле перепахивают каждый сезон.

Некоторые эксперименты показывают, как это можно сделать в существующих условиях, но реальная перспектива видится в разработке сельскохозяйственных культур, выращивании растений, которые смогут накапливать большее количество углерода в своих корнях и разработка методов беспахотной обработки почвы.

В сфере электричества большая часть действий должна быть сосредоточена на расширении использования солнечной и ветровой энергии, чтобы расходы возобновляемой энергогенерации продолжали снижаться. Крайне важно, чтобы государственная политика смотрела не только на возобновляемые источники энергии, а, например, на газовые электростанции, где должно происходить улавливание углеродных загрязнений до попадания их в атмосферу, и на современные атомные электростанции с нулевыми выбросами. Такие установки могут помочь сохранить надежность сетей.

В автомобилях может сыграть свою роль политика, нацеленная на увеличение продаж и снижение стоимости электромобилей - например, субсидии, которые будут снижаться по мере совершенствования технологий, а также инвестиции в зарядную инфраструктуру, развитие которой уже происходит в Китае, Калифорнии и некоторых европейских странах. Однако, требуется еще больше экспериментов в таких сферах, как зарядка, чтобы электромобили становились жизнеспособным бизнесом и выходили за рамки нишевого сегмента.

В строительстве ясно, что существуют две совершенно разные проблемы. Одна из них касается возведения новых зданий, где, например, передовые технологии тепловых насосов могут обеспечить электрификацию систем отопления.

Другая, гораздо более серьезная проблема заключается в том, как сократить выбросы из существующих строений, на которые приходится большая часть выбросов в этом секторе. Здесь необходимые действия могут представлять собой сочетание технологий (например, упрощение методов модернизации для получения эффективных систем отопления и кондиционирования воздуха) и государственного регулирования, поскольку в большинстве стран существенными препятствиями для изменения зданий являются не только стоимость работ, но и строительные нормы, правила.

Что поразительно, так это то, что почти во всех рассматриваемых секторах мир недалеко продвинулся в технологических революциях, которые требуются для глубокой декарбонизации. В политических кругах часто говорят, что в мире есть технологии, необходимые для этого. Но существует мнение, что такие сообщения являются неправильными и вводящим в заблуждение.

Конечно, есть много технологий. Но для реального обезуглероживания в реальном мире необходимо сочетание определенной технологии и бизнес-модели. На этом фронте революция декарбонизации все еще находится на ранних стадиях в большинстве секторов, хотя налицо ощутимые признаки прогресса.

Возьмем, к примеру, сталелитейную промышленность, которая наименее далеко продвинулась в революции декарбонизации. Если мир не найдет замену стали, что пока для большинства кажется маловероятным, тогда должна произойти декарбонизация производства необработанной стали.

Сокращение выбросов требует поиска новых источников безуглеродного тепла. Вместо того, чтобы сжигать природный газ или уголь на сталелитейных заводах, необходимо изучить альтернативы, такие как электричество, водород или технологии улавливания углерода. Это также требует наличия методов химического встраивания расплавленной железной руды в сталь. В теории существует несколько альтернативных методов, но все они, вероятно, значительно повысят затраты, возможно, удвоив цену по сравнению с сегодняшними уровнями.

Поскольку сталь является предметом мировой торговли, ни одна компания не сможет сделать это самостоятельно. Требуется активная промышленная политика, что означает прямые субсидии для компаний, которые испытывают методы производства экологически чистой стали, как это происходит в Швеции, Австрии и некоторых других странах.

Помимо субсидий, государственная политика может связывать новые поставки экологически чистой стали с потребителями, которые больше всего готовы платить более высокие начальные затраты, включая правительства, которые могут создавать гарантированные рынки сбыта посредством регулирования внутренней политики закупок.

При таком подходе к промышленной политике постепенно появится новая зеленая сталелитейная промышленность. Первые экспериментальные установки функционируют уже сейчас. Эти проекты сосредоточены в Европейском союзе и Японии. Проблема в том, что этот уровень инноваций и тестирования слишком медленный и нерешительный. Правительства и компании должны протестировать более широкий спектр технологий экологически чистой стали и быстрее построить для нее рынок сбыта.

Некоторый достигнутый успех в области возобновляемых источников энергии должен привести к следующему рубежу: повсеместной интеграции возобновляемых источников энергии с сохранением надежности и доступности сформированной энергосистемы.

Например, в области ветроэлектрической генерации Дания стала лидером отчасти потому, что она видит коммерческое преимущество для датских производителей турбин. Менее заметным, но важным является то, как Дания делится тем, что она узнала о том, как управлять электрической сетью с переменной ветровой энергией, с сетевым операторам Китая, который сталкивается с аналогичной проблемой.

Проектирование декарбонизированных промышленных и сельскохозяйственных систем может оказаться относительно легким, если достаточно компаний, правительств и потребителей сосредоточат свое внимание на их необходимости. Недостающее звено - это не технические возможности, а стратегический подход к созданию стимулов и рынков, необходимых для запуска новых технологий и предприятий.

 

Источник: David Victor. Deep Decarbonization: A Realistic Way Forward on Climate Change

Комментарии

Виктор Родин

Декарбонизация не требует перечисленных, и не перечисленных революций. Для этого требуется использование природных технологий, которые показали свою эффективность в течение многих миллионов лет работы. И три триллиона долларов, при использовании которых потепление будет устранено за 10 лет.

Технология единственная. Вместе с рабочими, мы прокладываем канал Сенегал – Джибути. Я произвожу пресную воду. Я постепенно заполняю канал пресной проточной водой. По обеим сторонам канала мы строим десятки тысяч умных ферм. Строим несколько десятков гидроэлектростанций, и солнечных станций столько – сколько потребуется. И высаживаем лесонасаждения – один миллиард гектар саженцев деревьев.

Цитата: «Один гектар лесонасаждений – в среднем 300 деревьев – уничтожает ежегодно до 6,5 тонн углекислого газа, и производит 5 тонн кислорода». Один миллиард гектар лесонасаждений будет насильственно изымать из атмосферы 6,5 миллиардов углекислого газа в год, и производить в год 5 миллиардов тонн кислорода. При надобности количество гектар лесонасаждений может быть увеличено, или уменьшено.

Лесонасаждения будет работать 300 лет, и каждый год бесплатно, и без нашего участия, уничтожать углекислый газ, и производить кислород. Они полностью очистят атмосферу – и уже никогда не допустят нового ее загрязнения, и повышения температуры планеты.

Написать комментарий

Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь с политикой конфиденциальности